Доска почета 377 года. Отраслевой конкурс
Депозит для железной дороги

Депозит для железной дороги

Алла Мадиярова, дежурная по переезду
В июле новая дежурная по переезду Чернушинской дистанции пути Алла Мадиярова отработала свою первую смену. Добираться до рабочего места – переезда на 1271-м километре Южного магистрального хода Горьковской железной дороги – от родного дома в Янауле приходилось долго. Пусть и расстояние не так уж и велико по современным меркам. Но расписание, мягко скажем, немногочисленных электричек, составленное с учётом многих других факторов, не очень подходило под рабочий график. Времени уходило много.

Говори...
– Поначалу приходилось дожидаться смены около трёх часов, – улыбаясь, посетовала Алла. – Зато сам график – день, ночь, отсыпной, выходной – очень нравился.

Как нравилась и сама работа. Она сполна оправдывала её лучшие ожидания. Поезда, автомобили, флажки, пульт, прямая связь с машинистами, дежурными по станции и дистанции, возможность при случае выйти даже на поездного диспетчера, разное другое оборудование, где каждая единица из довольно длинного списка имела своё конкретное предназначение. Нравилось, что и ответственность на ней лежит теперь большая.

– Если поставили на переезд, значит мне доверяют, – рассуждает Алла. – Надеются, что не подведу, сумею справиться с ситуацией.

Прежняя работа в службе судебных приставов особой ответственности не предполагала. Ну что такое депозитчица в современной финансовой системе, которая, по мнению Аллы, не отличается ни последовательностью действий, ни даже чистотой выполнения процедуры? А здесь, на железной дороге, всё ясно. Вот автомобили, вот поезда. И они никак не должны сталкиваться на порученном ей переезде. Ей отведена важная миссия – позаботиться о том, чтобы и водители автотранспорта, и машинисты грузовых и пассажирских, тем более, составов были живы и здоровы. Чтобы были спокойны за них их дети и родители, мужья и жёны, друзья и родственники.

Она сама хотела стать дежурной по переезду, этим ангелом-хранителем для немногих знакомых и огромного количества совершенно неизвестных ей людей: железнодорожников, пассажиров, местных жителей, грузовладельцев и всех их близких. Потому и просила совета у своего родного брата – электромеханика СЦБ со станции Амзя Дениса Шарипова, а потом и практической помощи у двоюродного брата – работника Сарапульской дистанции пути Андрея Шарипова.

Дождалась. Весной 2015-го Андрей известил её о том,что в Сарапуле набирается группа для обучения дежурных по переездам.

– Пойдёшь? – спросил её тогда Андрей.

– Конечно же пойду, – отбросила все сомнения Алла.

Муж Ильдар, работающий вахтовым методом в Сибири, такое решение поддержал. Мама взяла на себя заботы о маленькой Элизе на время отсутствия дома Аллы. Поэтому за дом она была спокойна. Переживала за работу. Осенью, в страшную непогоду, когда ей выпал случай возвращаться в Янаул из Куеды в локомотиве грузового поезда, помощник машиниста, помогая ей и ещё одной девушке, работавшей разъездной дежурной по станции, спуститься по скользкой от холодного проливного дождя лестнице, спросил вдруг: не надоело ли, дескать, девчонкам вот так мотаться между городами вместо того, чтобы сидеть в тепле и уюте. Попутчица тогда сказала, что всё нормально. Что любит свою работу. И не жалеет, что приходится вот так терпеть разные жизненные неудобства.

– Жаль, что я тогда промолчала, – откровенна Алла. – Надо было её поддержать.
 
Кроме меня – некому
Не увидеть его было невозможно. Огонь полыхал в подвагонном пространстве совсем недалеко от головы поезда. Гружёный нечётный уходил на запад, набирая скорость, навстречу беде. Мягкий морозец с лёгким снежком не препятствовал щедрой и явно неумеренной подпитке кислородом. Едва прикрытый габаритами хоппера факел угрожающе смотрелся в чёрном мареве зарождающей уральской ночи. Что перед ним сигнальный фонарь дежурного по переезду? Алла машинально взглянула на часы. Начало десятого по местному. С того момента для неё начался новый отсчёт времени. Не поминутный. И даже не посекундный. 

– Я схватила трубку прямой связи с локомотивными бригадами, – медленно рассказывает она о своих действиях. – Кричу им: «Вы горите!». А они мне – спокойно так: «Всё понятно». А потом уже начали звонить мне: дежурный по станции, электромеханики СЦБ, вагонники.

Поезд, в составе которого, как оказалось, было почти шесть десятков самых разных вагонов, остановился уже за пределами станции. Алла ещё раз связывается с машинистом. Надо же сказать им, с какой стороны, в какой примерно части состава. Немного ошиблась. Восьмой вагон оказался ближе к локомотиву, чем предполагала дежурная по переезду.

«19 декабря 2015 года в 19 часов 05 минут московского времени на 1267 км 7 пк нечётного пути перегона Куеда – Рабак по сообщению ДПП 1271 км Мадияровой А.А. о задымлении буксового узла остановлен грузовой поезд № 2557, следовавший от станции формирования Красноярск-Северный Красноярской железной дороги до станции назначения Новый Порт-Экспорт Октябрьской железной дороги с электровозом ВЛ80с приписки эксплуатационного депо Агрыз под управлением машиниста электровоза эксплуатационного локомотивного депо Красноуфимск Постникова С.В. – читаем мы сегодня сухие строки протокола совещания у начальника вагонного эксплуатационного депо Агрыз. – При осмотре состава помощником машиниста Дорониным С.В. выявлено воспламенение смазки роликового буксового узла с правой по ходу движения поезда восьмого с головы состава вагона № 59613026 (хоппера для перевозки глинозёма и алюминия)».

Огнетушитель, благоразумно прихваченный из локомотива помощником, оказался как нельзя кстати. Огонь был потушен. К месту остановки спешили вагонники из Янаула и Чернушки. Уже через два часа после экстренной остановки на тележку с аварийным буксовым узлом была установлена стяжка и дана информация о технической готовности на осаживание. В 22 часа 35 минут поезд вернулся на станцию Куеда. Вагон был отцеплен, а в 0 часов 38 минут отправился до Агрыза и дошёл до него без замечаний.

Как и все, проследовавшие той ночью через Куеду. И все их «проводила» дежурная по переезду Алла Мадиярова. Она видела почти все манёвры, которые проводились с потушенным вагоном.

– Сначала поезд затянули на третий путь, потом на шестой, – с почти детской непосредственностью говорит она. – Конечно, и мне было интересно посмотреть. Но ведь нельзя. Кто на переезде останется? Кроме меня – некому.

Двадцать минут до беды
Мы сидим с Аллой на её новом месте работы. С 1 мая она обживает пост дежурного по переезду уже на станции Янаул. Там освободилась вакансия дежурного. И вполне логичным был вариант её перевода сюда. До дома – пять минут пешком. До детского сада, куда она провожает свою Элизу, – столько же. Выпало так, что сегодня у неё день отдыха и есть время вспомнить события той зимней ночи.

– Была какая-то боязнь?

– Когда увидела тот вагон, бояться было некогда, – рассказывает Алла. – Потом подумалось, что мне это всё могло привидеться, и поезд я зря останавливала. Все сомнения отпали, когда вызывали в Ижевск и Почётную грамоту вручили. Премию дали.

– А предполагали ли вы, что могло бы произойти с тем поездом?

– Думала, что произойти могло всё. Вплоть до самого страшного, – прижимает к себе Элизу мама Алла. – Он ведь на Янаул уходил. 45 километров до него оставалось. Я же знаю.

А вот мы теперь знаем, что до Янаула грузовой за № 2557 добрался бы едва. Как посчитала комиссия, расследовавшая обстоятельства того случая, причиной аварийного перегрева буксового узла «явился проворот внутреннего кольца переднего подшипника с последующим проскальзыванием роликов, что привело к увеличению осевой нагрузки и, как следствие, разрушению торцевого крепления с последующим сдвигом корпуса буксы».

– Эта дежурная очень вовремя среагировала, – говорит ревизор по безопасности движения службы вагонного хозяйства Горьковской дирекции инфраструктуры Юрий Шалаев, показывая мне «Методику определения состояния колёсных пар и буксовых узлов», в которой специалисты ВНИИЖТ очень подробно разъясняют варианты проведения расследований. – Здесь прямо указывается, что процесс окончательного разрушения подшипника ускоряется, если в буксе, как в нашем случае, прекращается процесс качения и возникает сухое трение скольжения. Темп нарастания температуры буксового узла может достигать 20 градусов в минуту. Исходя из этого уже через максимум 25 км должен был произойти сход. Как минимум – сход...

Автор: Николай Кожин


Forum with id 24 is not found.



Автором и владельцем сайта WWW.GUDOK.RU © является ОА «Издательский дом «Гудок»